Дан Бронштейн: «Принципы зеленого майнинга и ESG – это не только внедрение и освоение новых технологий, но и, как следствие, высокий уровень знаний и долгосрочной мотивации»

18:25 | 18.06.2021
Автор: Сергей Набок

В рамках международного форума по устойчивому развитию, который впервые состоялся в Украине, представители международного инвестиционного сообщества, регуляторов и профильных НКО рассказали украинским бизнесменам о принципах ответственного инвестирования и роли социальных и экологических факторов в новом мировом подходе к предпринимательству.

По мнению экспертов, работа и развитие украинской экономики в ближайшем будущем должны определяться двумя факторами: европейскими инициативами по декарбонизации экономики и принципами ESG (англ. environmental – экология, social – социальное развитие, governance – корпоративное управление).

Как происходит внедрение ESG-принципов в практику украинских предприятий, мы расскажем в интервью нашего корреспондента с Даном Бронштейном, Председателем Совета Директоров швейцарского участника форума – инвестиционной группы Solway Investment Group, владеющей ООО «Побужский ферроникелиевый комбинат».

В соответствии с общемировыми тенденциями рынка, Группа активно внедряет систему ценностей и правила ведения бизнеса, которые реализуются передовыми мировыми компаниями. Как новые требования рынка влияют на инвестиционные и операционные решения компании?

В последнее время ни один отраслевой форум не обходится без упоминания принципов ESG. Для нас это означает смещение акцента с оптимизации производственных показателей (что интересует в первую очередь акционеров и налоговые органы) на оптимизацию влияния бизнеса, включая более широкий круг заинтересованных лиц. На практике, т.е. на проектном уровне, это означает диалог с бОльшим количеством общин (например, в Гватемале мы расширили количество общин, вовлеченных в наши социальные программы), более открытые отношения с экологическими и правозащитными организациями, расширение сферы нашего взаимодействия со сторонними организациями, более высокую прозрачность и подотчетность для внешних стейкхолдеров.

Говоря о холдинговой компании в целом, это и принятие долгосрочной стратегии для повышения эффективности в сфере ESG, и создание штата специалистов, выполняющих внутренний контроль над деятельностью дочерних предприятий в этой сфере. В среднесрочной перспективе мы ожидаем получить международный рейтинг ESG от сторонней организации, включая план мероприятий по его улучшению. Кроме того, компания активно занимается снижением т.н. углеродного следа, что проявляется в выборе новых проектов (как уже на проекте в Индонезии) или в оптимизации существующих мощностей (например, в данный момент мы активно занимаемся переводом Гватемальского производства на возобновляемые источники энергии).

Ранее в интервью вы говорили о социально-экономическом развитии регионов, где расположены активы Группы. Существует ли единая стратегия развития у Группы, какие результаты вы можете обозначить на данный момент, какие программы в действии, и что запланировано на будущее?

Стратегия Группы в целом – планомерное повышение качества отношений в каждом регионе присутствия. У каждого региона свои запросы, и компания стремится их понимать и по возможности удовлетворять. Например, в Гватемале всегда актуален вопрос по созданию дополнительных рабочих мест для населения близлежащих общин, и мы систематически повышаем количество трудоустроенных местных жителей, инвестируя в повышение их квалификации. Также в этом году, в условиях пандемии, компания помогала государству в реализации базовых услуг по снабжению водой и питанием благодаря отлаженной инфраструктуре; в связи с этим, в этой сфере у нас появился целый ряд совместных проектов, которые в будущем позволят нам сотрудничать с региональными властями. В Македонии и Украине – странах со стабильным производственным процессом – существует большой спрос на повышение квалификации и на продвижение профессии металлурга. Также мы сотрудничаем с образовательными учреждениями, выступаем спонсорами культурных и спортивных событий.

Изменилась ли под влиянием общемировых тенденций система ценностей внутри самой Группы, и если да, то как?

Теперь, принимая инвестиционные решения, мы анализируем куда бОльшее количество факторов. Например, сможем ли мы внедрить в конкретном проекте систему ESG лучше, чем на недавних проектах? Сможем ли мы обеспечить его электроэнергией так, чтобы добиться максимально эффективного снижения выбросов парниковых газов в пределах Группы? Насколько велик ареал влияния проекта в регионе, и что ожидает от нас общественность? Безусловно, такие дополнительные ограничения снижают круг возможных проектов, но это единственный возможный вариант для того, чтобы мы оставались социально ответственной компанией мирового уровня.

Имеются ли региональные различия или «местные трудности» в процессе адаптации операционной деятельности к новым требованиям индустрии? Ели да, то какие? К примеру, чем отличаются современные условия ведения бизнеса в Украине от того, как это происходит в других странах?

Масштабные программы по повышению эффективности производства, внедрение принципов зеленого майнинга и ESG требуют внедрения и освоения новых технологий, и, как следствие, высокого уровня знаний и долгосрочной мотивации. Если сравнивать, например, Гватемалу и Украину, то Гватемала может похвастаться высокой мотивацией (люди стремятся получить долгосрочную работу), но более низкими знаниями. Именно поэтому в Гватемале мы инвестируем, в первую очередь, в создание новых рабочих мест и повышение квалификации. В Украине обратная проблема: металлургия – высокоразвитый сектор, но мотивация по долгосрочной занятости на заводе снижается, так как большое количество молодежи выбирает европейский рынок труда, не связанный с металлургией. Текучесть кадров в Украине в разы превышает показатели по Гватемале и Македонии. Престиж профессии, к сожалению, снизился, и мы направляем усилия на кардинальный разворот этой тенденции.

Несколько лет подряд ПФК внедряет проект по реконструкции газоочистных сооружений, направленный на уменьшение уровня выбросов до 99,9% (так говорилось в ряде публикаций комбината). Означает ли это реализацию общей стратегии Группы по снижению воздействия производств на окружающую среду или следование обязательствам, которые определены отдельно взятым государством?

И то, и другое. Во многом производственная схема ПФК была унаследована нами со времен создания предприятия. Несмотря на глубокую реконструкцию многих участков, комбинат изначально проектировался под совсем другие стандарты выбросов, чем приняты сегодня. Если бы мы строили подобное предприятие с нуля (как мы сделали в Гватемале и собираемся делать в Индонезии), уровень газоочисток был бы совсем другим. К сожалению, рентабельность предприятия не позволяет проводить одновременно несколько крупных энергосберегающих и экологических проектов, поэтому мы двигаемся поэтапно, в соответствии с принятой и утвержденной программой действий до 2030 года.

ПФК много пишет об образовательных программах не только для сотрудников, но и для подрастающего поколения. Входит ли образование в стратегию роста Группы? И как развитие талантливых в области искусства детей соотносится с нуждами металлургической компании?

В данном случае разговор идет о социальных обязательствах Solway, в частности, по одной из 17 целей устойчивого развития (ЦУР), следовать которым рекомендуется ООН. Здесь мы говорим о задачах по повышению качества образования. По определению ООН, образование способствует сокращению социальных различий и достижению гендерного равенства. В этом контексте рассматривается вклад компаний в обеспечение справедливого качественного образования и поощрение возможности обучения на протяжении всей жизни для всех – детей, молодежи и взрослых.

Мы решаем эти задачи с помощью программ, направленных на повышение общего качества образования среди жителей местных общин, независимо от страны и региона присутствия. На уровне политики Группы мы стараемся инвестировать средства в программы, основные цели которых – повышение профессиональной подготовки, возможность обучения новой профессии и, соответственно, развитие компетенций для целого ряда профессиональных областей. Разумеется, существуют и особенности: к примеру, уровень общего образования в Гватемале и Украине несколько различается, как различаются и наши подходы.

Так, с 2016 года, совместно с Зальцбургским международным фестивалем, мы реализуем стипендиальную программу для талантливых молодых людей. Обновленная и расширенная в 2020 году программа @creative.fellowship talent showcase дает возможность изучить английский язык, учит работать в команде, вырабатывает умение ставить цели и решать задачи в многокультурной среде. Такие навыки не только увеличивают шансы на работу в интересных, многонациональных проектах с широкой географией и хорошей зарплатой, но и позволяют заниматься местным предпринимательством на более высоком уровне.

Почему мы ориентируемся на тех, кто увлечен творчеством? Потому что этих молодых людей из разных стран уже объединяет общий интерес; соответственно, их проще вовлечь в предлагаемые нами дополнительные образовательные программы.

Что касается профессионального образования, то в этой сфере мы вкладываем много сил и ресурсов в обучение профессии и переподготовку персонала. Безусловно, все страны имеют определенные отличия. Как говорилось ранее, если в Гватемале мы делаем основной упор на обучение низкоквалифицированным профессиям, то в Украине больше внимания уделяется на переподготовку и повышение квалификации. В первом случае, совместно с региональными центрами занятости, мы запустили проект «технического университета», обучающий базовым профессиям несколько сотен человек в год. Во втором – ориентируемся на тех, кто хотел бы расти в своей профессиональной области или получить высшее образование. Для последних у нас, в том числе, существует стипендиальная поддержка для оплаты обучения в университетах.

Наша отдельная задача – устранение препятствий в развитии профессиональных навыков, при подготовке кадров или получении образования на всех его этапах: от среднего до технического и высшего. С другой стороны, это возможность обучения для молодежи и взрослых на протяжении всей жизни. В нашем случае препятствия, с которыми сталкивается молодежь, – это отрицательный имидж горнодобывающей промышленности в целом; предубеждение о металлургии как о «мужской работе», и молодым женщинам там не место; незнание того, какие современные профессиональные возможности в принципе существуют в этой отрасли.

В этой части Украина стала для нас «испытательным полигоном». Осенью 2020 г. мы запустили интерактивный цифровой проект «ПИЧ». На первом этапе, до 2025 года, проект нацелен как на доступное и увлекательное знакомство подростков с возможностями, которые открывает горнодобывающая промышленность, так и на наращивание партнерских взаимоотношений с образовательными учреждениями и центрами карьерного развития. В идеале, к 2030 году мы хотели бы создать систему профессиональной ориентации для старшеклассников, которая позволит повысить количество желающих, в том числе и женщин, выбирать технические или профильные для металлургии дисциплины. Если в Украине проект окажется успешным, мы сможем развернуть его и на другие регионы присутствия.

Выбор редакции